Регистрация ... Войти
Иван Купала

slavyanskij-oberegi-arnament-dlya-sajta-7pГраница страницы, сайт славянских оберегов

Все хоть что-то слышали об этом празднике. Кто-то слышал о волшебном цветке папоротника, который цветёт только в ночь на Ивана Купалу, и с помощью него можно отыскать настоящие сокровища. Кто-то может вспомнит о венках, что красна девицы под дружные песни, на воду спускали. Может и о игрищах молодёжи, да о прыжках через костёр упомянут. Во всяком случае, этот праздник ассоциируется у нас с деревней, но не как не с каменными джунглями неоновых мегаполисов. Очень сомневаюсь, что вы летом, на самом главной площади своего города, увидите сборище молодёжи в широких и расшитых, белых рубахах, что ведут хоровод вокруг костра. Праздник Ивана Купалы для нас сегодня скорее, как национальный колорит, который мы можем показать иностранным гостям. На самом деле, мало кто из нас догадывается о том, на сколько глубокие исторические корни имеет данный обрядовый день.

В начале, давайте поговорим о том, что у данного праздника есть ещё много других названий. Очень даже возможно, что вы когда-то слышали одно из них. Итак, такие названия: Колосок, Иванов день, день Ивана Травника, Ярилин день, Ярилино гулянье, просто Купала, Сонцекрес, Лада (или даже Ладо), день Ивана Петрова, день Варфоломея и Варвары, праздник летнего солнцеворота и много другое. Таких вот название наберётся ещё вагон и маленькая тележка. Все они глаголют об одном и том же празднике, просто всё дело в том, что каждый славянский народ перенял праздник наших общих предков по-своему. В каждом краю по-своему праздновали, даже возможно радикально отходя от первоисточника. Вековое течение времени меняло устои и понятия, но суть совсем не в этом.

Почему Ивана Купала?

Наверняка, любой читатель, прежде чем вдаваться во все подробности, задастся здравым вопросом, на тему почему же праздник называетсяБог Купала для статьи именно Ивана Купала? На этот счёт существует сразу несколько теорий. Согласно предположению советского филолога — слависта, Николая Михайловича Гальковского, сам праздник соединил в себе, ранние языческие представления славянских народов и христианские мотивы. С подобным изречением в корне не согласен, современный историк Владимир Яковлевич Петрухин.

Доподлинно не известно, какое именно название носил данный славянский праздник в языческую эпоху. Название Ивана Купала, является своего рода народной интерпретацией имени Святого Иоанна Крестителя. Имя Иоанн, наши предки переделали в более близкое им по звучанию Ивана, а эпитет, который обозначал непосредственно саму стезю христианского святого, наши предки обозначили, как тот, кто купает. Праславянское слово «kǫpati» обозначает погружение в воду, ритуальное омовение. Вот, собственно так и получили мы название и самого праздника — Ивана Купала. В этот день, православная церковь чествует Иоанна Крестителя. В погоне за искоренением языческих верований, священнослужители добились лишь того, что разбавили христианский праздник именно языческими элементами. Вроде и Иван, он же Иоанн, вроде и купал, он же крестил, а всё же праздник с явной языческой подкоркой.

А как же древнеславянское божество по имени Купала, спохватятся тут некоторые «знатоки». Даже на это, автору удалось найти аргумент. Впервые, божество по имени Купала было упомянуто в Густынской летописи, которая датируется началом семнадцатого века. Историки в один голос утверждают, что летописцем была допущена самая обычная халатность. Зная об языческих гуляньях и играх, которые проводились в этот праздник, летописец ошибочно принял название праздника, за название самого языческого божества. Далее, по принципу испорченного телефона, переводчики стали повторять эту ошибку, и таким вот образом, в славянском языческом пантеоне появилось совершенно новое «божество». В этом можно уловить и свою иронию, славяне назвали праздник в честь христианского святого, переделав его имя на свой лад, а летописец христианин, посчитал имя святого, именем языческого бога. Здесь разве, что чёрт ногу не сломит, вот вам и тонкости перевода.

О бесах, танцующих у костра.

Одним из самых ожидаемых летних языческих славянских праздников было 24 июня день Ивана Купалы хороводНе только на Руси, православная церковь пыталась всячески искоренить языческие обряды и верования. Даже в самом сердце Византийской империи, в Константинополе, в день святого Иоанна Крестителя, местные жители устраивали свои языческие гулянья, с разжиганием костров. Гулянья подобные, но на свой лад, устраивались и на Руси в этот праздник. Естественно, священнослужители православной церкви всячески порицали подобные гулянья. Наглядным примером, например, может послужить послание игумена Памфила, из Спасо — Елиазаровского монастыря. В своём обращении к псковскому наместнику, игумен выражает своё крайнее недовольство поведением жителей города Пскова, которые отмечают день Крестителя своими привычными «сатанинскими» плясками и скверными песнями.

Существует так же очень интересный сборник церковных правил, который называется «Стоглав», и был составлен он в Стоглавском соборе, в 1551 году. Данный сборник состоит из ста глав, но девяносто вторая глава целиком и полностью посвящается порицанию «эллинской бесовщины». Таким эпитетом служители церкви называли гулянья, которые устраивали на день Иоанна Крестителя в славянских поселениях. Приведённое там детальное описания, позволяют если не полностью, то хотя бы отчасти воспроизвести картину самого празднования. Люди, семьями обходили дома, пели свои песни («сатанинские»), собирались у костра, и предавались пляскам. Так же есть чёткое упоминание о том, что часть ритуальных гуляний проходили у водоёмов. Единственное, что, пожалуй, вызывает удивление, так это то, почему священнослужители упорно считали исконно славянские гулянья и обряды эллинскими?

С чего всё начиналось?

Исторические перипетии, пришествие новой религии на славянские земли, и прочие факторы сегодня не делают для нас возможным Что говорит легенда о Костроме и Купалеполностью разобраться в тайне возникновения такого праздника, как Ивана Купала. Мы, так или иначе разобрались с происхождением названия самого праздника, приняли во внимание факт с ошибочной интерпретацией имени несуществующего славянского божества Купала. Но именно с этим именем и связанна сама легенда происхождения праздника. Автор, как человек, который понимает всю бессмысленность убеждений, не подкреплённых достаточно сильными аргументами, считает своим долгом познакомить вас именно с этой легендой.

Легенда начинается с того, что великий солнечный бог Семаргл в образе крылатой собаки иногда спускался на землю, чтобы предстать в таком образе перед смертными. Он почитался древними славянами, как неусыпный стражник небесного очага. Он, вооружённый огненным мечом, нёс свою суровую службу и охранял великое светило от тёмных сил. Однако, в сердце грозного бога Семаргла жила и великая любовь, которую он питал к прекрасной богине Купальнице. Чувства эти были взаимными, так, как богиня просто не смогла устоять перед ярыми чарами солнечного бога.

Возлюбленные божества никак не могли встретиться, так, как Купальница обитала на берегах священной реки Ра (нынешняя река Волга), а бог Семаргл охранял солнце, не покидая своего поста ни на минуту. Прекрасная богиня каждый день звала своего возлюбленного спуститься к ней, но грозный Семаргл был непреклонен, ведь служба была превыше всего. Но однажды, солнечный бог не смог воспротивиться чарам своей возлюбленной, и оставил свою небесную обитель. Это случилось в день осеннего равноденствия. Согласно поверью, именно из-за того, что бог Семаргл оставил свой пост, ночь смогла отчасти победить солнечный свет, и после этого дня день стал укорачиваться, а ночь наоборот, становится длиннее.

По происшествию ровно девяти месяцев, в день летнего солнцестояния (в нашем случае 23 июня) у божественной четы родились близнецы: девочка и мальчик. Их нарекли Купалой и Костромой. Здесь возникает вторая теория о происхождении имени Купала, мол, был он назван так в честь своей божественной матушки Купальницы. Брат солнечного бога Семаргла, громовержец Перун порадовался за своего брата, и решил преподнести своим племянникам не совсем обычный подарок. Рукою своей он коснулся папоротника, и заставил его расцвести.

Брат и сестра росли на берегах священной реки Ра. Не было предела счастью бога Семаргла и богини Купальницы. Но, в один ненастный день, нарушив родительские запреты, юный Купала отправился послушать пение божественной птицы Сирин, что любила плескаться в водах Ра. Голос птицы был полон дурмана, и не в силах ему сопротивляться, юный бог оказался в Навьем мире, откуда не смог найти выхода.

Одним из самых ожидаемых летних языческих славянских праздников было 24 июня день Ивана КупалыМного воды утекло с тех пор. Юная Кострома, разлучённая с братом, росла невероятно красивой девушкой, только одно печалило всех — слишком упряма и горда была молодая богиня. Говорила всем, что нет ни в одном из трёх миров того, кто был бы достоин её любви и красоты. Однажды боги, уставшие от высокомерных речей девы, решили проучить её как следует. В свой день рождения, юная Кострома отправилась вместе с подругами к реке. Она ещё бахвалилась, что никто не сорвёт цветы с её головы и она никогда не выйдет замуж, но боги рассудили иначе. Неожиданный порыв ветра всё-таки сорвал с головы девицы венок и бросил его в бурные речные потоки. Богиня было бросилась за своим украшением, только её опередили. Её венок успел подхватить прекрасный юноша, что проплывал на ладье совсем близко. Юноша поднял из воды венок, и устремил свой взор на прекрасную незнакомку. Пленённые невообразимым притяжением, Кострома и незнакомец полюбили друг — друга с первого взгляда. Тёплая июньская ночь стала свидетелем их любви. На утро, когда возлюбленные хотели сыграть свадьбу, им открылась страшная тайна. Оказывается, возлюбленный юной Костромы являлся её родным братом — близнецом.

Убитые горем молодые люди бросились в объятья священной реки и нашли там свою погибель, хотя тут версии расходятся. Где-то говорится, что юный Купала никуда не бросался, а шагнул в пламя ритуального огня и сгорел там заживо, а его сестра, Кострома, стала первой мавкой (русалкой). Версии отличаются, но одно ясно — Купала погиб, а Кострома превратилась в ужасное существо, что заманивало своими чарами прекрасных юношей в речную воду, и топило их там.

Боги решили смилостивиться над несчастными возлюбленными. Они вернули из Навьего мира душу Купалы и навек соединили его с душой Костромы, превратим их в прекрасный цветок. Этот цветок мы сегодня называем Иван — да — Марья. Он имеет невообразимый сине — оранжевый контраст, который символизирует две соединившиеся стихии: очищающее пламя Купалы и созидающие воды Костромы.

Таким вот образом, 23 июня, день летнего солнцестояния, является и днём рождения, и днём встречи, и днём погибели божественных близнецов — Купалы и Костромы. Они явились символом соединения двух, вечно противоборствующих начал, что, сливаясь, порождают истинную любовь.

За папоротником в лес, или обрядовое.

Во всех проводимых на праздник Ивана Купалы обрядах, есть три ключевых момента — это вода, огонь и травы, великолепная тройка, так сказать. Мы рассмотрим каждый из этих элементов по отдельности и в совокупности, чтобы хотя бы отчасти понять сакральный посыл самого торжества. Что касается двух противоположных стихий, то мы выше уже упоминали о символичности, который присутствует в образах Купалы и его сестры Костромы. Именно эти две стихии, по славянским верованиям дали жизнь всему мирозданию, и нашли свою отображение в мужском и женском начале.

В первую очередь, стоит отметить, что ночь перед праздником Ивана Купалы носила куда — более обрядовый характер, чем собственно сам день празднества. Одним из важных условий в подготовке считалось купание до захода солнца. В основном, в северной части нашей необъятной родины для этого использовалась баня, а жители южной части предпочитали порезвиться в реке, озере, или в других водоёмах. Так же существовал такой феномен, как купальские (или купальные) костры. У берегов тех самых водоёмов разжигались большие костры, вокруг которых собственно и собирались празднующие. В частности, подобные костры разжигались старым, дедовским методом — с помощью трения дров друг о друга. Подобным методом костры разводились в Белоруссии вплоть до двадцатого века. В центр подобных «купальских» костров было принято ставить столб и венчать его колесом. В некоторых белорусских районах, на колесо ещё водружали лошадиный череп, и его было принято сбивать палками, чтобы он упал в костёр. Только после того, как сгорал череп, собравшиеся начинали танцевать вокруг костра и веселиться. Одним из особых обрядов, который дольше всего сохранился именно в белорусских селениях, было собирание старых вещей. Празднующие обходили каждый дом и двор, собирая все старые и ненужные вещи. Затем эти вещи относились в заранее выбранное место, где разводили большой обрядовый костёр и сжигали всё это собранное «добро».

Уже знакомая нам выше Густынская летопись, очень интересно описывает купальные обряды. Согласно описанию, люди обоих полов, собирались в поселениях и плели венки из луговых цветов. Потом они разжигали костры, и взявшись за руки водили вокруг него хоровод. Апогеем гулянья являлись парные прыжки через костёр. Да, подобный праздник носил и некий своднический характер. Специально выбирались так называемые суженные, пары юношей и девушек, не обременённых семейными узами. Они обменивались меж собой венками, которые являлись символом девической красоты и невинности. Далее молодые люди вооружившись зажжёнными факелами отправлялись в лес, чтобы отыскать пресловутый цветок папоротника. Поиски длились до самого утра следующего дня, а встречать рассвет было принято умыванием росой.

Во многих украинских и белорусских селениях только с наступлением праздника Ивана Купалы переставали исполнять обрядовые весенние закликания — песни. Их ещё называли веснянками. Среди западных и восточных славянских племён, бытовало поверье, что женщина не должна вкушать ни одну ягоду до наступления самого празднования Ивана Купалы. Наши предки верили, что это могло спровоцировать смерть детей в младенчестве, или ещё в материнской утробе.

Ещё одним обрядом, сопутствующим празднованию Ивана Купалы — это обряд народного порицания. В частности, подобное практиковалось в тех же самих украинских и белорусских поселениях. Подобная традиция даже находит отражения в народных песнях этих стран. Порицанию предавались все, кто в течении года каким-либо образом умудрялся нарушать законы предков и богов. Часто в подобном обряде происходили своего рода «стычки» между юношами и девушками. Однозначно, это выглядело бы очень зрелищным, и кроме обрядового назначения, хорошо могло регулировать общественную мораль.

Существовало интересное верование, что в ночь на Ивану Купалу, светлячки встреченные празднующими являли собой души умерших, которые подобно живым радовались этому празднику, и ненадолго вырывались из пут Навьего мира. С наступлением рассвета, души — светлячки вновь устремлялись в загробный мир, ровно до следующего года.

При разговоре об обрядах, которые сопутствовали празднованию дня Ивана Купалы, стоит отметить и особенности, связанные с обрядовой едой. В первую очередь, отметим, что было принято приносить в виде пожертвований всякого рода плод, что успевал созреть к этой поре. Люди приносили в жертву, всё то, что их усилиями произрастало и созревало. В этом прослеживается некая дань уважения, когда принято делиться едой со своим ближним. Так же, в этот день варилась обетная каша, которая раздавалась в день праздника всем нищим и нуждающимся. Подобным актом, древние славяне хотели заслужить благословение богов. Во многих районах было принято устраивать девичьи сборы. Девушки собирались для того, чтобы размолоть ячмень в ступе. Подобные действия обязательно сопровождались обрядовыми песнями. Всё это делалось за день до наступления великого праздника. С утра, из этого ячменя варилась похлёбка (обетовая каша), и раздавалась всем малоимущим. С наступлением вечера, в это кушанье добавлялось сливочное масло, и им угощались все празднующие. Каждый празднующий что-то приносил с собой из дома. Подобные яства могли быть употреблены празднующими и за одним большим столом, в складчину, или по отдельности. Обрядовой едой считались так же творожные вареники, яичница, зажаренная на сале, пресные лепёшки, квас, сыр и многое другое. Во время таких застолий, во многих районах было принято пить именно водку. Подобная традиция хороша отображена во многих народных белорусских песнях. Но вот, в Закарпатье, празднующие употребляли вино и закусывали его сыром (гурманы, однако).

Купаться в реках и других водоёмах в ночь на Ивану Купалу, считалось чудодейственным. По старым славянским поверьям, именно в эту ночь вся нечисть, всё мракобесие, выходило из воды, и она становилась чистой и безопасной для людей. Можно было купаться, не опасаясь за свою жизнь. Но, в некоторых регионах существовали и запретные, своего рода проклятые места, где ни в коем случае нельзя была купаться. По поверьям, именно в таких местах обитали славянские русалки — мавки, которые становились чрезвычайно активными именно в ночь праздника Иваны Купалы. Согласно легенде, мавки, как и их прародительница Кострома, пытались заманить в опасные омуты, молодых и прекрасных юношей, чтобы погубить их там. Чтобы избежать подобной участи, люди выбирали себе «священные» источники. До прихода православия, освящением подобных источников занимался волхв, или жрец, ну, а с приходом христианства, освящение стало обязанностью священнослужителей.

Праздник Ивана Купалы считался днём, когда огонь и вода могли подружиться (символика соединившихся Костромы и Купалы). Олицетворением подобной дружбы являлись те самые купальские костры, о которых мы говорили ранее. Очень интересным был обряд гадания на венках. В частности, подобным занимались именно девушки. Они спускали на воду свои венки. Если течение уносило венок, то это могло сулить долгую и счастливую жизнь. Если девушка была всё ещё не замужем, то, если кто-либо из юношей подхватывал венок, то это могло обозначать скорую свадьбу.

Мы уже ранее упоминали такую особенность празднования ночи Ивана Купалы, как обрядовые костры. Давайте рассмотрим сей момент более детально. Подобные костры считались очищающими, и наделёнными особой силой. Дрова и хворост для таких костров собирала в основном молодёжь со всех концов деревни. Из каждого двора выносили хотя бы по полену. Таким образом, каждый пытался внести свою лепту в общее празднование. Дрова складывались в виде пирамиды и поджигались. Всё это делалось для того, чтобы получился высокий огненный столб. Посреди обрядовых костров, как мы уже говорили ранее, было принято устанавливать шесты. На шесты устанавливали колесо, черепа домашних животных (коровы, быка, или даже лошади), или даже бочку, наполненную смолой. Подобное строение, по мнению многих исследователей, являлось символом мирового древа.

Одним из самых ожидаемых летних языческих славянских праздников было 24 июня день Ивана Купалы большой костерКостры разжигали с заходом солнца, и жгли их до самого утра. В большинстве случаев огонь добывался путём трения дерева о дерево. Подобный огонь среди древних славян назывался «живым». В капищах и прочих святых местах, обрядовый огонь добывался именно таким методом. Многие уносили огонь с купальских костров к себе домой, чтобы потушить в очаге старый огонь, и зажечь новый. Купальские костры так же имели силу очистить человека от всякой скверны, поэтому все жители деревни собирались тесным кольцом вокруг них. В первую очередь, это касалось именно женщин. Если кто-то из женщин не являлся к костру на празднество, то её могли заподозрить в заговоре с бесовскими силами и нечистых помыслах.

Прыгать через костёр считалось вообще святым делом. Прыгали не только парно, но и по одиночке. Наши предки верили в то, что чем выше прыгнет человек, тем удачнее и счастливее он будет в этом году. У девушек вообще свои заморочки были по этому поводу. Прыгали они через костёр не только для того, чтобы удачу и жениха привлечь к себе, но, чтобы от завистливых взоров и порчи оградиться. Пламя купальских костров могло и не такое сотворить. Вообще, если девушка лишалась девственности до замужества, то ей категорически запрещалось прыгать через костёр, мол, может она осквернить собой священное пламя. А тех девушек, кто не прыгал через костёр, называли нечестивыми, поливали водой и от души хлестали крапивой, видимо, чтобы образумить. Если через костёр прыгали всё же попарно, то и тут были свои приметы. Если, например, во время прыжка, девушка и юноша не расцепляли своих рук, то считалось, что они непременно поженятся, а если им вслед летели искры, то это было гарантом их счастливой семейной жизни.

Плетение венков — дело мудрёное.

Вот, как вы думаете, почему именно венки считались одним из главных атрибутов праздника Ивана Купалы?! Ну да, это очень красивый аксессуар из природных материалов, который тем более можно сделать своими руками. Но, суть не в этом, всё связанно именно с формой венка. Он у нас какой? Правильно, круглый. А круг у нас символ чего? Круг — это древний символ, который обозначал цикличность бытия и мироздания в целом. А круг, имеющий отверстие по середине, так вообще идея фикс для славян. У нас даже праздничные калачи и бублики такой вот формы, что уж говорить о венках и обручальных кольцах. Одним словом, круг — это сакральная вещь, а круг с отверстием посередине — вещь сакральная вдвойне. У наших предков кстати, с венком много интересных обычаев, например, цедить молоко сквозь венок, наливать воду сквозь венок, чтобы умыться ею, пить воду через венок, смотреть через венок и гадать. Короче, венок — это вещь!

В венок на праздник Ивана Купалы вплетали не просто первые встречные травы и цветы, а состав материалов подбирался очень тщательно. Наши предки верили, что каждое растение имеет свой смысл, мол, что вплетёшь, то и получишь. Чаще всего, в таких праздничных венках использовали дубовые веточки и веточки молоденьких берёз, герань, веточки папоротника, барвинок и прочее.

Неизбежным на праздничных гуляньях было уничтожение венков. Их могли бросить прямо в купальские костры, закинуть на крыши домов, бросить в реку, и даже отнести на кладбище (вот последнее явно жуткое явление, тем более на ночь глядя). Но, если венок всё же оставляли, то верили, что он был наделён магическими свойствами. Такой венок могли использовать для лечения тяжело больных, для гадания, и даже для защиты домов и засеянных полей.

Насчёт гаданий на венках, у полесских славян была одна очень занимательная традиция. Девушки собирались вместе, и выбирали меж собой самую статную и красивую. Затем выбранную девушку раздевали догола и наряжали в цветочные гирлянды, которые были сделаны остальными участницами. Главную героиню гулянья в таком виде отпускали в лес, где она должна была собрать заранее приготовленные венки и раздать их подругам. Сие действие проходило следующим образом: девушки водили хоровод вокруг своей нагой подруги и пели песни, а последняя должна была с закрытыми глазами передать каждой участнице по венку. Кто какой венок получал, так и трактовал свою дальнейшую судьбу. Если девушке доставался свежий, пышный и красивый венок, то, это означало, что она выйдет замуж за богатого и красивого юношу, и её семейная жизнь будет долгой и счастливой. Тех, кому не посчастливилось заполучить увядший венок, ждала ужасная участь — бедность и сплошное горе.

Поджигатели леса.

Славянский народ умел отдыхать и веселиться на Ивана Купалу, как следует. Столько обрядов было, что и не счесть. Костры разжигали, прыгали через них, в речках купались, по лесу бродили, танцевали, пели и ели досыта. Была у наших предков и ещё одна страсть — поджигать, а если быть конкретнее, то деревья. В день праздника, девушки выбирали какое — нибудь деревце, украшали его лентами, тряпичными лоскутами, цветами и разными фруктами. Иногда могли для полноты картины, и свечками украсить такое деревце. Далее всё это великолепие было принято выносить за пределы поселения. Обычно, его выносили в поле и втыкали в землю. Девушки принимались водить хороводы вокруг купальского дерева, и петь обрядовые песни. Чаще всего, к подобным гуляньям в последствии подключались и юноши. Они изображали из себя вероломных злодеев, которые пытались украсть, или поджечь праздничное деревце. Обязанностью девушек в этом случае было защищать купайлицу. Общее веселье заканчивалось тем, что в итоге все шли дружной компанией избавляться от дерева. Его или топили в реке, или просто — напросто поджигали.

В некоторых регионах, конечно, люди поступали более гуманно. Они не срубали дерево, а выбирали, в заранее обговорённом месте наиболее подходящее дерево, и устраивали свои гулянья вокруг него. Но, даже в таком случае, бедное дерево всё равно поджигали. Не догоревшие останки ствола было принято относить к реке, и топить их. В этом случае, нужно было после акта «утопления», незамедлительно бежать без оглядки подальше от этого места. Наши предки верили, что их могла настигнуть страшная ведьма, и сотворить с ними неладное. Кстати, в роли купальского деревца могли выступать: берёза, яблоня, клён, ёлка, и даже верба.

Травяная панацея.

Мы с вами уж говорили и о кострах, и о купании в речках, и об обрядовой еде. Теперь, мы с чистой совестью можем поговорить и о тематике растений, которая несомненно занимает не последнее место в праздновании Ивана Купалы. В целом, соприкосновение с растительным миром свойственно почти всем славянским праздникам. Травы считались универсальным оберегом оn всего и сразу: и от болезни, и от порчи и сглаза, и от природных катаклизм, и даже от «живых мертвецов» (запахло Голливудом и хорошим хоррором). Травы так же считались оберегом, приносящим плодородие и достаток, чем ближе был контакт с растением, тем больше было и его положительного воздействия.

Собирать травы на Ивана Купалу, было делом святым. Верили, что именно в этот день растения получали наибольшую энергию от небесных светил. При сборе трав, нужно было обязательно произносить особые молитвы. Наши предки чётко различали в какое время какие растения нужно было собирать. Были растения, которые непременно нужно было собирать именно ночью. Некоторые нужно было собирать с росой, а некоторые нужно было успеть собрать до обеда. Такие травы тщательно очищались и отправлялись на хранение, ведь по верованию древних славян, они были наделены наибольшими целебными свойствами.

Собирать травы могли все, но, в некоторых регионах данное дело поручалось специально выбранным людям. В белорусских деревнях, подобным занимались самые старшие и самые младшие в селении. Такой подход историки объясняют тем, что эти возрастные категории в понимании наших предков были наиболее «чистыми». Здесь под «чистотой» подразумевается полное отсутствие половой жизни и ежемесячных циклов у женщин.

О пресловутом папоротнике мы тоже уже говорили выше. Сколько можно, скажите вы, но, давайте хотя бы разберёмся, почему наши предки так неистово ломились ночью в лес, в поисках мифического цветка. А причин на это, у них было предостаточно, ведь цветок сулил нашедшему настоящие золотые горы. В первую очередь, цветок папоротника, якобы позволял человеку овладеть тайными знаниями, которые позволили бы ему понимать язык любого животного. Далее, по списку следовала прозорливость и невиданное чутьё, мол, любой клад можно будет найти по лёгкому мановению руки. Вооружившись цветком папоротника, можно было войти в любую сокровищницу, и сломать любой замок (грабители банков, душу бы за подобное продали). Так же, этот цветок наделял своего хозяина умением становиться невидимым, и подчинять себе всяких духов. В довершении ко всему, цветок папоротника позволял управлять природными стихиями. Одним словом, это набор юного волшебника.

Краткий курс самозащиты от ведьм, вурдалаков и прочей нечисти.

Вы думаете, что только в ночь Хеллоуина вся нечисть выбирается в мир людей?! Однако, это совсем не так. Этого праздника ещё в помине не было, когда наши предки уже целую науку придумали, чтобы защититься от всякой нечистой силы. В ночь на праздник Ивана Купалы, наши предки верили, что вся нечисть выходила на свободу, и была наиболее активна. Соответственно, наши предки всячески пытались себя оградить от их нападок.

Верили, что ведьмы в первую очередь могли украсть молоко (видимо это было необходимым ингредиентом для их тёмных ритуало и омолаживающих ванн). Чтобы оградить свой домашний скот от посягательств тёмных ведуний, наши предки прибегали к всевозможным методам. Вот, например, они могли у пастбища воткнуть освящённую вербу. Прибегали и к более радикальным методам, могли взять и весь двор утыкать осиновыми кольями. Перед входом в хлев, обычно вешали охапку крапивы, чтобы ничто не смогло пробраться туда и навредить домашнему скоту. Осиновыми прутьями и кольями, также было принято защищать и засеянные поля.

Чтобы защитить сам дом, то, тут была немного иная тактика. Обычно, древние славяне втыкали в окна, столы, двери острые предметы. Таким способом, они надеялись помешать ведьме и прочей нечисти проникнуть в само жилище. На юге, вообще верили, что если использовать ветки боярышника и воткнуть их в дверь, то, это спасёт от нападений упырей и всякого рода призраков. Восточные славяне пошли ещё дальше в этом деле. Они в день праздника, перед окнами и дверьми втыкали не просто ветки, а самые настоящие вилы, косы и даже ножи. По их мнению, это могло помочь им защитить свою территорию от всякого вторжения.

Среди растений, наибольшей популярностью пользовалась верба, крапива, полынь, и даже конопля. Всё это добро собиралось и обильно рассыпалось перед самым порогом, или связывалось в охапку, и вешалось над дверью. По верованиям наших предков, ведьмы боялись этих растений, и всячески обходили стороной дома, в которых были эти растения. Кстати, отдельно почитались и головешки из купальских костров. Они для древних славян, были наделены недюжинной магической силой. Молодёжь выхватывала это головешки и закидывал их на поля. Таким образом, они хотели защитить посевы и будущий урожай.

Проказы молодых.

Конечно, праздник был общим, для всех так сказать, но, всё же больше всех отрывались конечно, молодые. Они устраивали настоящие игрища. Излюбленными развлечениями были такие игры, как горелки, целовки, пятнашки (догонялки, если по-нашему) и прочее. Но, видимо, этого было недостаточно, поэтому, молодёжь устраивала настоящие бесчинства. Их так и называли купальские бесчинства. Таким, в основном, увлекались наши соотечественники, проживавшие в южных регионах, и полесские славяне.

Излюбленным занятием было красть дрова, ворота, телеги так далее. Потом, все это наворованное добро можно было найти в самых неожиданных и неподходящих местах, например, на крыше. Вот, это забава из забав. Ещё окна любили всякой гадостью замазывать, подпирать двери, таким способом, чтобы бедные хозяева ещё долго не могли выйти наружу. Если верить исследователям, то, в подобных бесчинствах, был и свой сакральный посыл. Таким способом, молодые люди пытались отвадить от каждого дома тёмные силы, и запутать им след.

В ночь на Ивана Купала (документальный фильм)

Граница страницы, сайт славянских оберегов